В диагностике COVID-19 участвуют 8 лабораторий — это самый большой пул со времени начал пандемии. Как подчеркнула ходе пресс-конференции в пресс-центре ГТРК-Новосибирск Елена Семенова, главный врач НИИ гигиены и эпидемиологии управления Роспотребнадзора по Новосибирской области, оперативная и масштабная диагностика — важнейший аспект в результативной борьбе с пандемией. И сейчас речь идет об организационном и технологическом прорыве.
— Поначалу диагностикой занималась только наша лаборатория, пробы мы подтверждали на НПО «Вектор», — вспоминает Елена Семенова. — А сейчас подключились еще 7 лабораторий. За сутки эти 8 лабораторий суммарно проводят около 1,8 тысячи исследований.
Подключились к процессу лаборатории как государственные, федеральные (например, ФИЦ ФТМ), так и частные. Как пояснила Елена Аксенова, заместитель министра здравоохранения Новосибирской области, на плечи лабораторий ложится основная нагрузка по материалам из групп риска, из обсерваторов, от граждан с ОРВИ.
— Очень радует, что мы взаимодействуем с коммерческими лабораториями в рамках частно-государственного партнерства, — подчеркнула Елена Аксенова. — Это, прежде всего, лаборатория «Инвитро», они очень оперативно работают.
С начала апреля компания «Инвитро» приступила к выполнению тестов на коронавирусную инфекцию COVID-19 в качестве централизованной лаборатории. Первыми тесты начал выполнять лабораторный комплекс в Новосибирске. Лаборатория принимает биоматериал для выполнения исследований от государственных медицинских учреждений, поликлиник и больниц.
— Мы заранее начали готовиться, правильно оценив горизонт событий, глядя сначала на Китай, а потом и на Европу, — сказал Александр Хамидулин, генеральный директор ООО «ИНВИТРО-Сибирь». — Усилили наши лаборатории, дооснастили их до возможности работать с биоматериалами второго уровня патогенности. Например, установили специальные heap-фильтры, современные лабораторные шкафы, реконструировали вентиляционные системы, закупили надежные средства индивидуальной защиты для этого класса патогенности. Сотрудники прошли обучение на базе лаборатории особо опасных инфекций Центра гигиены и эпидемиологии, нас проверил Центр гигиены и эпидемиологии, мы прошли аттестацию и получили допуск к лабораторно-диагностической работе на таком уровне. Вторая группа патогенности — очень серьезная категория. Новый коронавирус не изучен до конца, но по уже полученным данным, по своей вирулентности и уровню патогенеза он относится именно ко второй группе. В эту же группу относят холеру, сибирскую язву. Возможно, по мере продвижения исследований атрибуция COVID-19 изменится, и он переместится в третью патогенную категорию — станет «одногруппником» ВИЧ, энцефалита. Сейчас лаборанты работают в противочумных костюмах. Сотрудники с беременностью, с любыми хроническими заболеваниями к работе с этим материалом не допускаются. И, конечно, у нас теперь значительно снижен уровень публичности. Раньше мы с удовольствием приглашали журналистов, студентов-медиков. Теперь такого нет — в зону работ допускаются только специалисты, непосредственно задействованные в исследованиях, со строгим «шлюзовым» контролем.
Миссией лаборатории, действующей в НИИ гигиены и эпидемиологии, является финальная аналитическая референция.
— Мы работаем как конечная инстанция в связке с другими участниками семерки — поясняет Елена Семенова. — К нам от них поступают положительные и сомнительные пробы, а мы после проверки даем резюме — одни сомнительные пробы перемещаются в разряд отрицательных, другие, соответственно, — в разряд подтвержденных. Кроме того, наша лаборатория работает на обследование контактных групп — всех, кто находился с больными в социальных связях ЛЮБОЙ длительности. Контактеры к нам на обследование поступают со всей Новосибирской области. Веер контактов снимаем по максимуму. Ведь 26% людей с вирусом — это не больные, а бессимптомные носители, которые даже не знают о своем опасном статусе. Медицинские сотрудники обследуются планово, раз в неделю. Работники «Инвитро» — с такой же периодичностью.
Как подчеркнул Александр Хамидулин, весь биоматериал, берущийся на исследования, пакуют очень тщательно — буквально на манер кащеевой смерти — чтобы даже гипотетически исключить любое случайное попадание вируса во внешнюю среду. По этому же резону забор COVID-анализов не будет в «Инвитро» массовой медицинской услугой в стиле «вход с улицы».
— Это нужно, чтобы потоки здоровых и зараженных людей не пересеклись в точках забора проб, — объясняет Александр Хамидулин. — В общем, штучно-клиентских исследований мы не проводим. Зато очень активно обращаются руководители предприятий. Есть обращения из индустрии красоты — от парикмахерских, салонов красоты, действующие сейчас у нас в городе. Но корпоративные обращения проходят не все — некоторым мы вынуждены отказывать, ибо есть ресурсный предел, за гранью которого уже страдает качество работы. А качество для нас — это диагностическая точность — понятие принципиально значимое в этих особых обстоятельствах. Делаем от 170 до 340 тестов в день, плавно наращиваем мощности. Для нас это ново — работа в системе государственного заказа, в связке с областным минздравом.
Как призналась Елена Семенова, работа в диагностической лаборатории нелегка и эмоционально, и физически.
— Сотрудник за день работы теряет до 3 кг веса, — говорит она. — Противочумной костюм — весьма изнуряющая спецодежда. Да, название костюма звучит пугающе. Но я бы не назвала его излишеством. И максимальные меры предосторожности в быту — тоже не излишество. Вирус новый, до конце не изучен. Мы еще не можем оценить полностью ни уровень его агрессивности, ни степень его изменчивости, ни вариативность воздействия на организм. Кстати, я бы именно поэтому советовала молодым не быть самонадеянными. Да, болезнь может пройти быстро, но, например, оставить «на память» фиброз легких. Иммунный тонус ведь невидим, это такая незримая лотерея. И у молодого человека он тоже может оказаться обескураживающе низок — увы, бывают и такие печальные исключения.
К слову, коллективный иммунный тонус, иммунный тонус региона будет известен ближе к лету — когда станет доступна ИФА-диагностика по COVID-19. ИФА-диагностика или иммуноферментный анализ подразумевает обнаружение не самого вируса, а антител, которые наша иммунная система вырабатывает для борьбы с ним. Технологически этот метод проще, чем ПЦР-диагностика, но еще не проведена его адаптация к COVID-проблематике.
— Ориентировочно, это случится к маю, — сказала Елена Семенова. — Но четких сроков я предпочту не называть, ибо сейчас работа в самом разгаре.
Фото автора
, являются эксклюзивными, то есть подготовлены на основе информации, полученной редакцией infopro54.ru. При цитировании, перепечатке ссылка на источник обязательна