Вице-президент, исполнительный директор кластера биологических и медицинских технологий Фонда «Сколково» Камила Зарубина в кулуарах форума «Технопром-2023» в Новосибирске рассказала редакции Infopro54 о трендах в биотехе, предпочтения стартапов и будущих профессиях для инноваторов.

Приоритеты инноваторов

— Камила, какие направления развития биотеха сегодня наиболее активно осваивают стартапы? Можно оценить на примере проектов, которые проходят через «Сколково»?

— У нас в работе находятся 630 стартапов, которые относятся к сфере биотеха. Мы их распределили по 5 ключевым направлениям, что соотносятся с мировыми тенденциями и трендами:

• фармтех — разработка инновационных лекарственных препаратов, молекул, моноклинальных антител;
• медтех — разработка различных медицинских техник и средств реабилитации;
• цифровое здравоохранение — все, что связано с оцифровкой процессов в здравоохранении с помощью искусственного интеллекта;
• агробиотех, фудтех — технологии, связанные с сельским хозяйством и продуктами питания;
• генные, клеточные технологии.

— По каким направлениям сейчас стартапы заявляются наиболее активно?

— В первую очередь это цифровое здравоохранение. Пандемия подтолкнула интерес клиницистов к «цифре», и это дало серьезный толчок к развитию направления. Плюс разработки в «цифре» относительно недороги по сравнению с инвестициями в другие направления биотеха. Так что сегодня это ключевой драйвер роста для биотех-стартапов.

Второе по популярности в части количества поданных заявок направление — сельское хозяйство и все, что связано с «пищевкой». Здесь нужно сказать спасибо санкциям. После их введения разработки в пищевых технологиях в нас в стране резко пошли вверх.

Третье место — у медтеха. Из-за санкций в России сейчас возникает много проблем с комплектующими для медицинского оборудования. Часть нужно привозить из-за рубежа. Наши разработчики находят инструменты поддержки, позволяющие разрабатывать и производить комплектующие внутри страны. Думаю, что через 2-3 года мы сможем полностью производить приборы в России и перестанем зависеть от внешних поставок.

— Оценивали ли вы, сколько стартапов доходят до логического конца, то есть коммерциализируются, тиражируются, запускаются в промышленное производство и т.д.?

— В каждом направлении биотеха — своя статистика success story. К примеру, в фармацевтике около 50% стартапов — это провалы. Дело в том, что разработка лекарственных препаратов — долгий и дорогой путь, который занимает 10-12 лет и стоит 300-400 млн долларов. На одном из треков «Технопрома-2023» в Новосибирске мы обсуждали, как можно укоротить и удешевить процесс разработки. Например, использование искусственного интеллекта может позволить предсказать механизм действия молекулы, рассчитать вероятность неудачи, найти побочный эффект, с помощью компьютерного моделирования предсказать результаты доклинических исследований, найти новую мишень. Отмечу, что сегодня в мире известны миллионы химических соединений, которым пока не могут найти применение. Либо непонятна мишень, на которую они действуют, либо очень много побочных эффектов. Задача стартапов в области ИИ — проанализировать эти соединения с помощью BigData, чтобы показать, можно ли использовать эту молекулу сначала на животных, а потом на человеке. ИИ может очень серьезно удешевить процесс поиска в фармтехе.

В медтехе основной тренд связан с сенсорными технологиями. Например, неинвазивный глюкометр, тонометр, который может с помощью браслета собирать, передавать и обрабатывать данные. Фактически речь идет о создании персональных медицинских помощников, что быстро и без участия врача могут собирать большие данные о состоянии здоровья пациента. А при выявлении отклонений ставить врача в известность. Это актуально при наблюдении за состоянием здоровья пациентов с хроническими заболеваниями, пожилых людей, беременных, и т.д. Такая аппаратура позволяет сократить время ожидания пациентом помощи врача: к медикам попадают либо превентивно, либо если в состоянии здоровья появляются отклонения от нормы.

Еще один популярный тренд в медтехе — реабилитация. У Илона Маска есть интересный стартап Neuralink, он использует чип с электродами, который крепится к черепу и подключается к мозгу. Эта технология позволяет анализировать общее состояние организма человека. Думаю, что за такими разработками будущее.

— И сколько лет на их внедрение может уйти?

— На мой взгляд, достаточно много. На исследования необходимы десятилетия, так как это инвазивная история.

В медтехе также перспективна тема очувствления протезов, которые позволят пациентам чувствовать себя нормально и вести жизнь обычного человека, невзирая на травмы, инвалидность и т.д. В портфеле «Сколково» был стартап, нацеленный на помощь в восстановлении обоняния после ковида. Инноваторы также работают с темами реабилитации после неврологических заболеваний, депрессий, проектируют тренировки на повышение выносливости организма.

В агротехе самые популярные темы нацелены на импортозамещение, такая сессия была на «Технопроме». Мы очень много лет были зависимы от зарубежных стран в части генетики и селекции, так как большая доля семян, биологического животного материала у нас импортировалось — и до сих пор мы сохраняем эту зависимость. Здесь большое поле для работы.

Кроме того, стартапы активно работают с цифровизацией процессов в сельском хозяйстве. Например, система управления фермами, система точного земледелия, прогноз урожая, и т.д.

— Насколько у стартаперов развита тема создания искусственных заменителей натуральных продуктов? Например, искусственного мяса, белка из насекомых?

— Да, такой тренд тоже существует. Но я бы сказала, что больше интереса у стартаперов вызывают не заменители мяса, а разработка замены плохих сахаров на полезные. Речь идет о растительной клетчатке, которая имеет сладкий вкус и полезна для человека. То есть в тренде технологии, завязанные на здоровый образ жизни.

— Российские ученые неоднократно говорили о том, что нет смысла пытаться догнать западные технологии, там где мы отстали, нужно найти свой путь и придумать что-то новое. Вы наблюдаете такие прорывы?

— Лично я не считаю, что по ряду направлений мы сильно отстали. Да, наша страна не была сильна в биотехе, и тут у нас большое поле для работы. А вот с точки зрения цифровых технологий мы можем дать фору очень многим зарубежным странам. Исторически у нас всегда были сильные инженеры, айтишники, и сейчас этот разрыв укрепляется. С точки зрения цифровизации госуслуг, здравоохранения нам может позавидовать весь мир.

Для будущего развития

— Кто сегодня чаще является инициатором инновационного проекта: стартап или бизнес?

— До прихода в «Сколково» я работала в крупной корпорации и думала: кто эти безумцы, которые создают новые технологии? Поработав в «Сколково», я точно могу сказать, что драйвером инноваций и всех связанных с ними процессов, креативного мышления у нас являются именно стартаперы, а также ученые. Они более мобильны, им проще быстро адаптироваться к ситуации, у них не зашорен мозг, они видят новые возможности, не боятся экспериментировать, более пробивные. Корпорации более неповоротливы, хотя у них больше денег.

Но и у корпораций отношение к инновациям меняется. Еще 5 лет назад многие компании вообще не понимали, как работать с инноваторами, что такое акселераторы, хотя во всем мире эти процессы были отлажены. Благодаря программам «Сколково» корпорации всему этому научились. Сейчас они сами «пылесосят» рынок в поисках интересных идей, команд. Практически в каждом банке, крупной фармкомпании есть свои подразделения для работы с инновациями, которые внимательно отслеживают все мировые тренды.

— Какую роль сейчас выполняет «Сколково»?

— Сейчас наша основная задача заключается в поиске новых технологий, сумасшедших ученых и инноваторов, которым мы помогаем найти не менее сумасшедшего предпринимателя, чтобы на выходе получить сногсшибательный результат.

— Но для внедрения всех этих новых технологий нужны кадры. Насколько актуален этот вопрос в отрасли инноваций?

— Кадровый дефицит — это ключевая боль, о ней я говорю на всех публичных площадках, в которых принимаю участие. Сейчас уже не нужны просто медики, айтишники, инженеры — необходимы люди, имеющие образование на стыке разных дисциплин: биология и IT, физика, химия и квантовые технологии, нейротехнологии и IT. Это совершенно новые профессии.

— Где готовят по таким профессиям? Или это вектор на самообразование для заинтересованного человека?

— Нет, новым профессиям должны готовить крупные фундаментальные университеты, которым необходимо корректировать свои программы. К примеру, я 15 лет назад закончила медицинский университет, и у нас в вузе не было направления «Предприниматель в области медицины». Сейчас совместно с медицинскими университетами мы думаем над его созданием, так как видим, что врачей нужно объединять с учеными, учить технологичному предпринимательству, чтобы получался бизнес. У нас есть совместные программы с МФТИ, но хотелось бы, чтобы таких программ стало больше, в том числе с региональными вузами.