Новосибирский дендропарк оказался зоной, тотально запретной для собак: любую собаку (будь то овчарка или пёсик «карманной» породы) нельзя не только привести на прогулку в дендропарк, но даже пронести по его территории в ветеринарном боксе-переноске. Собаководы сочли такое правило абсурдной дискриминацией и обратились в СМИ.

Представители дендропарка, в свою очередь, ссылаются на специфические приоритеты своего учреждения и букву закона. Третья сторона — прокуратура — отмечает, что проблема должна решаться в обновленном правовом поле — после коррекции. А это — процесс кропотливый и предполагающий четкость формулировок.

Событием-катализатором, запустившим этот диалог в остро-полемичной форме стал пресс-тур, устроенный Министерством природных ресурсов и экологии Новосибирской области в связке с рейдом по Дендрологическому парку.

Изначальной задачей была именно демонстрация рейда в действии. Функционал таких патрулей — профилактика и пресечение нарушений режима охраны особо охраняемой природной территории, предотвращение проезда транспортных средств, выгула домашних животных и иных действий, противоречащих установленным правилам режима особо охраны.

Строка «выгул домашних животных» и стала дискуссионной позицией: на пресс-тур, помимо собственно журналистов, пришли и представители неформального сообщества, объединяющего владельцев собак. Пришли без собак — как и было оговорено в координационном письме от пресс-службы министерства.

Для них это стало поводом задать представителям властей свои многочисленные и вариативные «Почему?». Поскольку объединяет это сообщество людей достаточно интеллигентных, владеющих собаками деликатных пород — компаньонами, декоративными, служебными (без одиозных бойцовых), дискуссия получилась вполне вежливой, в рамках политеса. Но всё равно очень горячей.

На момент рейда присутствие собак в дендропарке оказалось запрещённым в любой форме — не только в режиме прогулки, но транзитном режиме — даже если собака не идёт на поводке, а сидит на руках хозяина, в рюкзаке или в боксе-переноске.

Логику запрета огласил собравшимся Никита Сабуров, представитель ГБУ НСО «Природоохранная инспекция», член Общественного совета при министерстве природных ресурсов и экологии Новосибирской области:

— Моё личное мнение: собаки — инвазивный вид на данной территории. Собаки рвут на части белок, ломают ветки и раскапывают корни деревьев. Собак здесь не должно быть в принципе.

На что собаковладелцы не без сарказма заметили, что ветки обломаны на высоте взрослого человеческого роста, а корни деревьев раскапывают представители совершенно другого биологического вида — «кладоискатели» из числа гомосапиенсов. Участники рейда обратили внимание, что этих посетителей никто из дендропарка не гоняет, не смотря на тот вред, которые они наносят территории, а также их опасность для общества.

— Фразы «я считаю», «по-моему мнению» — непрофессиональный субъективизм, когда речь идёт о любых запретах и нормативах, — сказала Елена Багель, владелица ливретки, тоже испытавшая тотальность запрета. — Дайте нам обоснования, обозначенные в документе. Номер документа, дату утверждения, параграфы. Только «не я считаю», пожалуйста! Мы пришли не ругаться, мы пришли поговорить, в поисках компромисса — мы не хотим быть нарушителями. Ни в Москве, ни в Петербурге, ни в городах Беларуси, ни даже в городах соседнего Кузбасса нет подобного режима.

При всей остроте диалога он оставался в рамках взаимной вежливости, а ориентация на поиск компромисса была зримой.

— Существует очевидная проблема бездомных собак, проблему эту решать надо, — сказал  Евгений Петренёв, пенсионер, представитель сообщества владельцев собак. — Бездомные собаки — это стайные и, фактически, дикие животные. Но почему-то коллективная эмоция по этой проблеме перекинулась на нас — на владельцев сугубо домашних, воспитанных собак. У меня, например, небольшая, дружелюбная, воспитанная собака, взятая из приюта — метис русской гончей. Причём, особенно ярко и абсурдно это именно в Новосибирске. Такое ощущение, что в городской власти есть тотальные собакофобы — люди, которые ненавидят вообще всех собак как биологический вид.

По словам Евгения Петренёва, негативное отношение к собакам — «заслуга» хозяев-социопатов, заводящих больших собак охранных и бойцовых пород с именно с целью устрашения сограждан и ублажения своего нездорового честолюбия. Причём, такие собаководы в общественных дискуссиях не участвуют в принципе (в силу нюансов характера которые и обуславливают тягу к монструозным собакам). В отсутствии этого обобщенного оппонента роль ответчика на претензии навязана адекватным владельцам пород, безопасных для людей. Такая инверсия это сообщество обижает, потому его представители решили задействовать представившийся контекст от Минприроды — этот показательный рейд по дендропарку.

К слову, показательность рейда была на высоком уровне наглядности: на глазах и журналистов, и собаководов патруль задержал и «оформил» женщину с детской коляской и крошечным, в половину взрослой кошки, шпицем — очень жизнерадостным и дружелюбным — буквально прицельно вписавшимся в сюжет «Абсурдно-тотальный запрет собак». Шпиц, по словам хозяйки, даже фекального ущерба парку нанести не мог, поскольку дела свои справляет в кошачьем режиме — дома в лоток (шпицы, мопсы и пекинесы славятся смышлёностью по туалетной части).

Промежуточным результатом встречи (не компромиссом, а подступом к нему) стала не идея тотального запрета собак в дендропарке, а идея списка обязанностей.

— Документ этот должен быть юридически профессиональным! — подчеркнула Елена Багель. — Там должно быть расписано по пунктам, что мы не имеем права делать. И, напротив, что мы должны делать — убирать за собаками, не спускать с поводка, крупных выгуливать в наморднике — вот это должно быть. Что же до запретов, то в других регионах применяется куда более точная и грамотная формулировка: «запрещено неконтролируемое передвижение животных по данной территории». Неконтролируемое перемещение, а не животные как таковые!

Главенствующий закон по данной проблематике — это 33 федеральный закон об особо охраняемой природной территории, а режимы его детализации в регионах разные, ибо находятся в введение местных властей. Конкретно для Новосибирска конфликтным стало постановление № 336 Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области — то самое постановление, полностью запретившее появление любых собак в дендропарке.

Как подчеркнула старший помощник Новосибирского межрайонного природоохранного прокурора Мария Зарипова, пока постановление является действующим, оно обязательно к исполнению.

Итогом встречи стало намерение создать инициативную группу, которая при участии юристов и при нейтральном внимании прокуратуры скорректирует правила пребывания домашних животных в природоохранных зонах.

— Думаю, это самое адекватное, потому что общественные организации, общественные объединения могут выходить с инициативами на изменения в каких-то региональных актах, — резюмировал Никита Сабуров. —  Может быть, где-то даже в федеральных. Поэтому, если у жителей есть предметные предложения или возражения по поводу деятельности, они всегда имеют право повлиять на изменения. Возможно, благодаря их доводам и их работе здесь будет скорректирован режим особой охраны.

Ранее редакция сообщала о том, что общественникам без торгов впервые выделят участок для приюта для содержания животных в Новосибирске.