Дети с ограниченными возможностями здоровья и особенностями развития зачастую нуждаются в особом подходе к обучению и социализации. Однако в Новосибирске, где работают 14 коррекционных школ и 79 классов малой наполняемости, многие родители предпочитают не оформлять официальный статус ребёнка. Они опасаются, что сына или дочь начнут считать «не такими, как все».
По словам учителей, чаще всего скрывают расстройства аутистического спектра и синдром дефицита внимания и гиперактивности. В результате дети с особыми образовательными потребностями оказываются в обычных классах, где нет ни адаптированных программ, ни профильных специалистов, а педагоги тратят большую часть времени не на урок, а на урегулирование конфликтов.
Один из преподавателей русского языка и литературы поделился с изданием «Горсайт» опытом работы в классе, где учится ребёнок с неоформленным статусом. По словам педагога, у школьника неочевидные на первый взгляд особенности: ему сложно формулировать мысли и выстраивать логические цепочки.
— Открытой травли нет, но и тёплого, благоприятного взаимодействия тоже не наблюдается, — объяснил учитель.
По его словам, раньше родители реже пытались скрыть статус ребёнка, понимая, что сделать это незаметно практически невозможно.
— Думаю, сейчас взрослые действуют из лучших побуждений: они уверены, что обучение по специальной программе может затормозить развитие ребенка или навредить его самооценке. Но на деле сокрытие диагноза бьёт именно по самому ученику, — добавил собеседник.
Без должной поддержки ребёнок либо замыкается в себе, теряя интерес к учёбе, либо начинает демонстрировать протестное поведение. При этом сам он редко становится инициатором агрессии — чаще такие дети оказываются жертвами непонимания или насмешек.
По данным мэрии Новосибирска, в городе работают 14 коррекционных школ, где в 331 классе учатся 3363 ребёнка. Ещё 79 классов малой наполняемости посещают 709 детей с ОВЗ. В коррекционные школы принимают детей с нарушениями слуха и зрения, тяжёлыми нарушениями речи, ДЦП, расстройствами аутистического спектра и задержкой психического развития. В мэрии подчеркнули, что задача коррекционной школы — не просто дать знания, но и компенсировать нарушения развития. Поэтому классы здесь малочисленные, а сроки обучения увеличены до 12 лет. Ещё 1583 новосибирских школьника с ОВЗ обучаются на дому по индивидуальному учебному плану.
Психолог Игорь Лях подчёркивает, что скрыть диагноз, особенно если речь идёт об аутизме, крайне сложно, поскольку поведенческие особенности таких детей заметны сразу.
— Аутизм мешает социализации и проявлению себя в коллективе привычными способами. При распространённых формах расстройства это может выражаться во вспышках эмоций или агрессии. Ребёнок ведёт себя так не потому, что он «плохой», а потому что в стрессовой ситуации испытывает панику, — пояснил эксперт.
По его мнению, таким детям проще вливаться в коллектив через игровую деятельность с чёткими и понятными правилами, а здоровых сверстников нужно учить коммуникации и объяснять, что люди бывают разными. Если конфликт всё же произошёл, психолог советует здоровому ребёнку взять дистанцию и дождаться решения администрации школы.
— Нужно понимать интересы и особенности другой стороны, но окончательное решение должна принимать школа. Если в учреждении нет специалиста, который мог бы мягко разрешить ситуацию, стоит обратиться хотя бы к школьному психологу. Универсальной инструкции на все случаи жизни нет, но диалог — лучший инструмент, — заключил Игорь Лях.
Ранее редакция сообщала, что дети после онкологии сталкиваются с травлей в школах Новосибирской области.
, являются эксклюзивными, то есть подготовлены на основе информации, полученной редакцией infopro54.ru. При цитировании, перепечатке ссылка на источник обязательна