Тема «запрещенки» становится все более актуальной и все более проблемной для российских библиотек и книжных магазинов. Списки литературы ограниченного доступа постоянно пополняются, законодательная база обновляется, и это приводит к тому, что те, кто выдает или продает книги, вынуждены сверяться с длинными списками на сайтах целого ряда федеральных структур. И при этом они не уверены, что ничего не упускают, и их не привлекут к ответственности.

По словам экспертов, основная проблема заключается в том, что библиотеки и книжная торговля должны самостоятельно отслеживать многочисленные обновления законодательства без четких методических рекомендаций по некоторым вопросам. При этом штрафы за нарушения достигают огромных сумм — до 10 миллионов рублей для юридических лиц.

Постоянно искать, кого еще запретили

Для библиотек история с «черными списками» осложняется тем, что фонды формировались десятилетиями, задолго до появления современных ограничений, что делает процесс проверки особенно трудоемким. В рамках фестиваля «Книжная Сибирь – 2025» состоялось обсуждение этой проблемы. Руководитель отдела комплектования Российской национальной библиотеки в своем докладе «Практика работы библиотек с литературой ограниченного доступа» подробно рассказала о том, где следует искать актуальную информацию, и каким источникам доверять нельзя (запись выступления есть в распоряжении Infopro54).

— Еженедельно мы должны следить за федеральным списком экстремистских материалов, в нем уже пять с лишним тысяч позиций. Такие книги и материалы однозначно должны быть изъяты из фондов библиотек. Далее — всем известный реестр иностранных агентов. Он тоже все время пополняется. Перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму — данный список ведет Росфинмониторинг, и там уже более 19 тысяч фамилий.  В нем информацию тоже просматриваем, ищем. Затем перечень иностранных и международных организаций, деятельность которых признана нежелательной на территории Российской Федерации. Вот такая формулировка — «нежелательная» — на самом деле очень серьезная. Сейчас к этому списку стало более жесткое отношение. Наличие их изданий, не допускается в библиотеках Российской Федерации. Еще список Минюста — это перечень организаций, признанных в соответствии с законодательством РФ экстремистскими. И, наконец, последний список — это список Федеральной службы безопасности России. Это единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных террористическими. Все эти списки нужно отслеживать непосредственно на сайтах тех министерств и ведомств, которые их ведут. Нельзя просто что-то набрать в поисковике и пойти читать на первом попавшемся сайте. Только первоисточники и юридические базы данных, — говорит заведующая отделом комплектования Российской национальной библиотеки Татьяна Петрусенко.

Проблема «иных экстремистских материалов»

Законы, которыми должны руководствоваться библиотеки в своей работе, получают новые редакции. И это тоже становится причиной не только поиска на полках «запрещенки» из существующих списков, но и необходимости самим библиотекам самим принимать какие-то решения по текстам. Особую сложность представляет работа с изданиями, которые не включены в официальные списки, но содержат признаки экстремизма. Как поясняют эксперты, согласно последним изменениям в КоАП, ответственность наступает не только за распространение материалов из федерального списка, но и «иных экстремистских материалов».

— На самом деле не вся литература экстремистского содержания попадает в список Минюста. Потому что суды тоже не могут каждую книгу рассматривать и давать свои, так сказать, отрицательные отзывы на то или иное издание. Есть много литературы с пропагандой идеологии фашизма, экстремизма, с пересмотром итогов Второй мировой войны. Они, кстати говоря, к нам в Российскую национальную библиотеку поступают даже в рамках федеральной системы по передаче обязательного экземпляра. Наверное, в регионах, которые получают региональные местные обязательные экземпляры, тоже возможны такие ситуации. Или просто подобные книги приносят, дарят в библиотеку, потому что такие люди очень активны в пропаганде своих идей, и они пытаются так или иначе продвинуть свои издания.  Вопрос: вот что делать, если явно экстремистское издание отсутствует в списке Минюста? Цитата прямая из КОАПа: «массовое распространение экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, и иных экстремистских материалов». Нас с вами очень долго настраивали, особенно 436-м федеральным законом, что мы не являемся экспертами. А тут говорится про какие-то иные экстремистские материалы, которые тоже не допускаются для распространения в библиотеках. Получается, что мы можем их выявлять. Соответствующие комментарии юристов можно найти. То есть мы, если видим, что явно экстремистская литература, то имеем право её считать таковой и убирать с полок библиотек, — говорит Татьяна Петрусенко.

Можно ли искусственный интеллект приспособить к поиску «запрещенки»

К указанным спискам и законам сейчас добавляется еще один – закон о запрете пропаганды оборота и употребления наркотиков в кино, книгах и других произведениях искусства. Произведения, в которых указанная информация будет признана «оправданной жанром неотъемлемой частью художественного замысла», запрещать и изымать не будут. Но их должны будут промаркивать. Хотели начать уже с 1 сентября текущего года, но перенесли старт на 1 марта 2026 года.

— По оценкам некоторых экспертов, в фондах общедоступных библиотек, хранится около 800 миллионов книг, которые должны пройти проверку на наличие признаков пропаганды наркотиков и необходимость маркировки. Вы представляете, что это такое? 800 миллионов промаркировать сложно. Сейчас пытаются искусственный интеллект к этому делу приспособить. Вроде как итоги тестирования показали его эффективность. ИИ нам будет помогать [определять] пропаганда это наркотиков, или не пропаганда. Но пока сложно сказать [как это будет работать], — сообщила Татьяна Петрусенко.

Книги иностранных агентов: дилемма библиотек

Работа с книгами авторов, признанных иностранным агентами, является, пожалуй, одним из самых освещаемых тем в части книжной «запрещенки» вопросов. Сначала можно было эти книги продавать и выдавать в библиотеках, соблюдая определенные требования: при продаже завернуть в пленку или бумагу, лицам младше 18 лет не продавать, а в библиотеках  убрать из общего доступа и выдавать только по запросу. Сейчас на книги, созданные иноагентами, фактически полный запрет. По крайней мере, именно так многие библиотеки истолковали вступившие 1 сентября 2025 года изменения в закон «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием» и в закон «Об образовании в РФ». Но тут возникла новая проблема для библиотек: некоторые читатели просят указать им строчку в законе, где прямо говорится, что книги иноагентов запрещены.

— Библиотеки в большинстве случаев книги иноагентов убрали и читателям не выдают. Эти книги на особом режиме хранения и использования. Многие библиотеки сейчас издают приказы, где указано, что в связи с произошедшими изменениями выдача временно прекращена вплоть до появления рекомендаций. Некоторые впишут в этих приказах «вплоть до появления рекомендаций Министерства культуры Российской Федерации» или «вплоть до появления соответствующих рекомендаций, регламентирующих эти процессы». Другого у нас выхода нет, — объясняет заведующая отделом комплектования Российской национальной библиотеки Татьяна Петрусенко.

Специалисты подчеркивают, что проблема усугубляется тем, что под ограничения попадают не только произведения самих иностранных агентов, но и любые издания, в создании которых они участвовали как авторы комментариев, переводчики, художники-оформители.

Взгляд книжной торговли: страх и перегибы

Руководители магазинов подтверждают, что книжная торговля сталкивается с такими же проблемами. Участники рынка, опасаясь проверок и штрафов, часто действуют на опережение, убирая из продажи издания, которых нет ни в одном черном списке, но по ним есть сомнения у самих продавцов.

— Мы боимся. Боимся что-то пропустить и убираем все сомнительнее. И поэтому, может быть, где-то даже перегибаем палку. Потому что до конца не уверены, что учли и предусмотрели абсолютно все. Безусловно, мы выполняем предписания, сверяемся со списками, находимся на постоянной связи с издательствами. Но многое меняется и есть нюансы, с которыми все не до конца определенно. Например, мы давно сняли с продажи книги писателя, который был внесен в перечень террористов и экстремистов, а также признан иноагентом. Но теперь мы вынуждены изъять и книгу японского писателя Юкио Мисимы, из-за того, что в ней предисловие, написанное этим писателем-иноагентом,  — сообщила Infopro54 директор книжного магазина «Книжный бункер» Светлана Савиных.

По оценкам представителей книготорговли, за последние 2-3 года из ассортимента книжных магазинов были изъяты десятки наименований популярных книг. Они, как и сотрудники библиотек, ожидают, что список изъятий будет только расти. В том числе из-за нового закона о наказании за пропаганду наркотиков в книгах и кино, а также ряда законов, которые разработаны с целью защиты традиционных ценностей.

Профессиональное сообщество отмечает, что работа в условиях постоянно меняющегося законодательства требует от сотрудников библиотек и книжных магазинов максимальной внимательности и практически ежедневного мониторинга нормативных актов.

Ранее редакция рассказывала, как из магазинов и маркетплейсов исчез известный роман Стивена Кинга.  О том, какие еще проблемы, кроме выявления «запрещенки», волнуют книжную индустрию, можно прочитать здесь.