Книжную отрасль называют одной из самых пострадавших в результате атак беспилотников по складам Wildberries и Ozon. В пожарах на складах маркетплейсов сгорело огромное количество книг. На отраслевой конференции «Книжный рынок России-2026» директор департамента господдержки периодической печати и книжной индустрии Минцифры Владимир Григорьев сообщил, что убытки достигли 6 миллиардов рублей.

Книгоиздателям и книгораспространителям сейчас приходится выстраивать новые схемы работы. Infopro54 поговорил об этом с директором новосибирского филиала издательства «Эксмо» Олегом Кокшаровым.

— Летом 2026 года в логистических центрах маркетплейсов из-за пожаров, вызванных атаками БПЛА, сгорели книги. Насколько серьёзными оказались потери для отрасли в целом?

— Предположительно, на сегодняшний день уничтожено примерно 15% годового объёма производства книг в России. Годовой выпуск — порядка 100 миллионов экземпляров. Соответственно, речь идёт примерно о 15 миллионах экземпляров. Это очень много. Это печаль.

— Что сейчас в связи с этим происходит на книжном рынке? Покупатели, регулярно приобретающие книги на маркетплейсах, говорят, что цены там значительно выросли.

— Это не так. Возможно, речь о какой-то субъективной оценке. Ситуация скорее обратная. Есть часть потерянных остатков — книги, которые были уничтожены пожарами. Другая часть находится на складах, и их судьба непонятна. Те, у кого позволяет ситуация, скидывают цены, распродают товар по принципу «лучше продать за полцены, чем потерять совсем». Это не общая тенденция, каждый селлер решает сам. Но у нас сейчас цены ушли вниз.

— Маркетплейсы в последнее время были основным каналом сбыта для книжной продукции. Остаются ли они в той же роли? Изменилась ли стратегия поставок после пожаров?

— Работа с маркетплейсами продолжается. Есть два варианта поставки — FBO и FBS. Раньше все, кто могли, отходили от FBS, потому что это дольше и трудоёмко. Сейчас все к нему возвращаются, потому что наступил период турбулентности, и выбирается не самая эффективная схема, а самая адаптивная. Маркетплейсы в свою очередь снимают дополнительные склады, пытаются перемещать складской парк в Казахстан и Беларусь, чтобы избежать рисков атак. Они тоже в движении. Но сказать, что сформировалось какое-то окончательное решение, наверное, никто сейчас не сможет.

— Получают ли продавцы книг компенсации за товар, сгоревший на складах маркетплейсов?

— Насколько я понимаю, никто особо не рассчитывает на компенсации. Платформы, скорее всего, смогут компенсировать мелким продавцам, чтобы не нагнетать социальный резонанс. Крупным — вряд ли.

— Можно ли ожидать, что ситуация с маркетплейсами вернёт покупателей в офлайн-книжные магазины?

— Я думаю, что улучшений в книжных магазинах ожидать не стоит. Людей долго переучивали с офлайн-торговли переходить в онлайн. Тотальному переучиванию способствовала пандемия. Сейчас должно произойти что-то очень глобальное, чтобы люди изменили свои поведенческие паттерны и вернулись в традиционные магазины. К тому же маркетплейсы стараются адаптироваться.

— Как вы оцениваете перспективы книжных полок в магазинах повседневного спроса (FMCG)?

— У ритейла есть показатель продажи с квадратного метра и оборачиваемость. Книги находятся в категории, где этот показатель скорее тянет вниз. Если у собственников будет желание повышать эффективность, они будут сокращать менее оборачиваемые товары, куда попадают книги. Поэтому особых перспектив я здесь тоже не вижу.

— Давайте вернёмся к вопросу цен. Вы сказали, что на маркетплейсах они снижаются. Когда можно ожидать, что снижение цен прекратится и они вернутся к прежнему уровню или вырастут?

— Это краткосрочная история. Если уничтожены товары на миллиарды рублей, эти деньги просто сгорели. Бизнес будет вынужден компенсировать потери, и цены вернутся, но уже с увеличением. Когда именно — зависит от остатков на складах, этапа перехода с FBO на FBS и других факторов. У кого-то остатков на месяц, у кого-то на три-четыре. Сроки у всех разные. Плюс пока нет полной статистики по уничтоженному товару, нужна инвентаризация. Поэтому назвать конкретные сроки сложно.

Ранее редакция рассказывала, как новосибирский бизнес оценивает меры поддержки после атак на маркетплейсы.