Член президентского совета НП ИПБ России, член общественного совета при Минфине Новосибирской области, член общественного совета при УФНС по Новосибирской области, руководитель ЧОУ ДПО «Учебный центр технико-экономических знаний» Константин Един рассказал Infopro54 о болях предпринимателей, а также о том, к каким последствиям ведет очередное повышение налоговой нагрузки на бизнес.

Единый налоговый счет

— Константин Викторович, по вашим наблюдениям, какие вопросы налогообложения для бизнеса наиболее актуальны в 2025 году?

— Первый вопрос, не теряющий свою актуальность с 2023 года, — переход на единый налоговый счет (ЕНС). Это достаточно сложная система, в которой до сих пор непросто разобраться даже специалистам. Особенно это актуально для ИП, которым непонятно, как на едином налоговом счете у них формируется задолженность перед бюджетом.

Например, у индивидуального предпринимателя личный кабинет налогоплательщика общий, где отражаются налоговые обязательства по предпринимательской деятельности и личные обязательства: имущественные налоги и НДФЛ. Возникает большая путаница.

Еще большую сумятицу вносит тот факт, что большинство ИП находятся на специальных налоговых режимах и ведут учет кассовым методом. Ранее предприниматель уплачивал налоги, и они учитывались на дату уплаты. Теперь налоги на ЕНС учитываются на ту дату, которая предусмотрена НК РФ. Например, предприниматель оплатил налоги в конце 2024 года, видит, что на конец года у него сформировалась переплата, и рассчитывает на эти деньги, думая, что все его обязательства тоже отражены на счете, а обязательства появляются только в январе 2025 года. Этот временной разрыв в уплате и начислении налогов непонятен многим предпринимателям.

Получается, что тема ЕНС, которая удобна для налоговых органов, абсолютно неудобна для налогоплательщиков.

— В судах есть иски к бизнесу за неуплаченные налоги и взносы, хотя по факту эти платежи были сделаны, но не прошли в системе. Таких обращений много?

— При внедрении любой новой системы возможны какие-то ошибки. В данном случае налоговые органы достаточно лояльны, готовы к диалогу с налогоплательщиком и принимают объяснения с его стороны по уточнению данных и их корректировке. На моей практике неправомерных доначислений по таким ситуациям не было, по крайней мере массового характера это не имело.

— В соцсетях также много обсуждений по поводу резкого роста кадастровой стоимости недвижимости и, соответственно, налогов…

— К размеру кадастровой стоимости недвижимости налоговые органы не имеют никакого отношения. Эти параметры устанавливают местные органы власти. Задача налоговиков — проконтролировать своевременность уплаты данных налогов.

С другой стороны, к кадастровой стоимости и принципам ее установления действительно много вопросов. Еще когда только вводилась кадастровая стоимость, одним из основных моментов для ее определение было то, что она должна быть аналогична рыночной или близка к ней. В отдельных случаях это совершенно не так. У меня были клиенты, у которых в одном бизнес-центре были помещения на третьем и шестом этажах, и их кадастровая стоимость отличалась почти в полтора раза! Никто не мог дать логического объяснения, в чем была причина такого решения.

Последние возмущения собственников связаны с тем, что с 2025 года кадастровая стоимость объектов в Новосибирской области выросла кратно. Однако не стоит забывать о том, что если собственник не согласен с объявленной стоимостью, то может ее обжаловать в суде. Эта процедура небыстрая, как и любое судебное разбирательство, но тем не менее такая возможность есть.

Давление НДС

— Наблюдаете ли вы в 2025 году появление новых трендов, связанных с изменением налогового законодательства?

— С конца 2024 года больше всего вопросов у бизнеса вызывает появление у субъектов малого предпринимательства, работающих на упрощенной системе налогообложения, обязательств по уплате НДС.

Мы обсуждали с коллегами эту ситуацию и пришли к выводу, что подобные изменения, вероятнее всего, приведут к тому, что у нас не будет малого бизнеса как такового. Чтобы выжить в подобных условиях, компании либо будут вынуждены объединяться, укрупняться и таким образом выживать за счет оборотов, либо, наоборот, дробиться до бесконечности, уходя в микроорганизации, которые не попадают под требования уплаты НДС. Эти две крайности не очень хороши для нашей страны, особенно в нынешней экономической ситуации.

Думаю, что этот тренд будет крайне актуален в 2025 году.

— С чем это связано?

— Сейчас бизнес не понимает, каким образом правильно выстраивать отношения с контрагентами — субъектами МСП на упрощенке — при заключении долгосрочного договора, так как невозможно спрогнозировать и прописать в договоре ставку НДС, а значит, определить конечную стоимость услуги или продукта. К примеру, один и тот же продукт, реализованный, допустим, в начале года, будет условно стоить 100 рублей за единицу. В середине это будут 105 рублей, так как появится первое пороговое значение по НДС в 5%. В июле-августе этот же товар уже будет стоить 107 рублей за единицу, а в конце года — 120 рублей, если данный налогоплательщик либо утратит право применения упрощенки, либо будет применять НДС 20%.

Подобная ситуация приводит к тому, что заключение долгосрочных контрактов перестает быть логичным с точки зрения бизнеса и экономики. Ранее реальностью любого бизнеса было правило: чем позже отгрузка, тем ниже стоимость. Сейчас может быть все с точностью до наоборот, потому что в начале года кому-то будет отгружен товар без НДС, а в конце года кому-то с НДС в 20%. Да, покупатели будут получать входной НДС, но мы же говорим об итоговой стоимости услуги или продукта. Эта ситуация не способствует развитию бизнеса, а только его ухудшает.

Были странные разъяснения, которые исходили из центрального аппарата ФНС, когда бизнес пытались убедить, что «НДС для «упрощенки» — это здорово, так как вы получаете таким образом конкурентные преимущества». Какие? Основным конкурентным преимуществом у «упрощенца» была возможность продажи собственной продукции по сниженной цене — только из-за того, что ему не нужно было платить НДС. Да, для кого-то из покупателей это было неинтересно: если покупатель на общей системе, нужен был входной НДС, поэтому такой поставщик им был не очень интересен. С другой стороны, для остальных категорий (для физических лиц, для тех же индивидуальных предпринимателей, у которых небольшие обороты и не нужен входной НДС) снижение итоговой стоимости продукта или услуги на 15-20% было крайне существенно. Сейчас это преимущество малый бизнес просто потерял.

Еще одна составляющая, которая широко обсуждалась в налоговой реформе, — введение прогрессивной шкалы НДФЛ. В реальности это коснулась очень небольшого количества людей, так как процентные ставки изменились по доходам свыше 200 тысяч рублей в месяц. Для большей части населения это неактуально.

— Как оцениваете переход налоговых органов на отраслевой подход к оценке налогоплательщиков? Судя по данным УФНС, компании начали получать достаточно большие доначисления, требования по повышению зарплаты сотрудникам и т.д.

— Отраслевой подход налоговые органы начали использовать в 2020-2021 годах. Постепенно они нарабатывают опыт, который транслируют на все большее количество отраслей. В прошлые годы налоговые органы очень большое внимание проявляли к транспортным, строительным, клининговым компаниям. Сейчас этот список расширяется. Такой подход удобен: если есть возможность на нескольких крупных налогоплательщиках протестировать контрольные мероприятия и потом их просто ретранслировать на всех остальных, то это хорошо работает.

— Ожидаете появления еще каких-то новых трендов?

— Не дай бог! Лично мне не очень бы хотелось ожидать чего-то нового. Нужно разобраться с тем, что есть. По моим ощущениям, мы возвращаемся во времена 10-15-летней давности. Хотя именно в то время бизнес в России начал понемногу выходить «из тени». Это было выгодно с учетом подходов, обозначенных контролирующими и государственными органами. На сегодняшний день в связи с увеличением налоговой нагрузки можно говорить о том, что бизнес снова либо уходит «в тень», либо начинает дробится.

Налоговые органы, правительство говорят, что создают условия для того, чтобы бизнес не использовал агрессивное налоговое планирование, в 2025 году объявлена амнистия по дроблению бизнеса. На словах все это очень хорошо, но реально получится по-другому. Когда предприниматель увидит растущую налоговую нагрузку и поймет, что единственная альтернатива — это уменьшение оборотов, чтобы оставаться в устраивающих его пределах, то он опять начинает дробить бизнес. В принципе, это неудобно и для самого предпринимателя, но у него нет выхода, так как приходится как-то выживать.

Ранее редакция сообщала о том, что налоговики вывели «из тени» в Новосибирской области 1,2 трлн рублей. Такую выручку показал ритейл, применяющий контрольно-кассовую технику.