Генеральный директор ООО «Инвитро-Сибирь» и ООО «Инвитро-Приморье» Александр Хамидулин ожидает, что в ближайшей перспективе государственные лаборатории начнут активно предлагать свои услуги на рынке.

— Александр Сергеевич, можете оценить, как изменился рынок лабораторной диагностики в 2020 году? Какое влияние на эти изменения оказала коронавирусная инфекция?

— По нашим наблюдениям, ключевой тренд 2020 года: резкий рост потребности в молекулярных генетических исследованиях — ПЦР. В первой половине года ощущалась острая нехватка специалистов, приборов и некоторых расходных материалов для проведения этих исследований: пластиковых наконечников, штативов, многолуночных планшетов. Затем западные производители в экстренном порядке получили регистрационные удостоверения, развернули производство и постепенно начали наращивать мощности.

Со второй половины года резко выросла доля анализов на IgG и IgM, которые показывают наличие антител соответствующего класса к коронавирусу. По итогам года доля диагностики на ПЦР и на антитела к коронавирусу, то есть ковидная группа тестов, в нашем потоке составляла более 30% от всего оборота лабораторной диагностики. Думаю, что у других игроков рынка были похожие результаты.

При этом, что совершенно логично, в 2020 году наблюдалось падение базовых тестов: общий анализ крови, мочи, биохимия, гормоны, то, что люди активно сдавали в доковидном 2019 году. Это вполне объяснимо, так как из-за пандемии объемы плановой медицинской помощи резко сократились, врачей не хватало — они сами болели, вводились ограничения по самоизоляции, люди не хотели идти даже в частные центры, так как боялись заразиться.

— На ваш взгляд, удалось ли решить проблемы, обострившиеся во время эпидемии на рынке лабораторной диагностики?

— На сегодняшний день созданных мощностей государственных и частных ПЦР-лабораторий хватает. Мы с первого дня, как только получили разрешение работать по второй группе патогенности, начали делать определенное количество тестов для нужд Минздрава Новосибирской области. Государство неоднократно просило увеличить их количество, но не всегда была возможность оперативно это сделать. А сейчас государственные ЛПУ не всегда выбирают те квоты, которые мы можем им предоставить. Сегодня дефицита нет — все желающие получают эту услугу своевременно. Можно сказать, что в течение второго полугодия 2020-го определенный кризис с диагностикой был преодолен.

Это произошло благодаря двум факторам. Во-первых, в ноябре в Новосибирской области вторая волна коронавирусной инфекции резко пошла на спад. Максимальный пик мы наблюдали в конце сентября–октября, что было связано с началом занятий в школах, детсадах, возвращением людей из отпусков и общим послаблением карантинных мер.

В то время в потоке ПЦР-исследований на коронавирус мы диагностировали положительный результат у каждого третьего пациента, это около 30%. Сейчас это не более 5%. То есть раньше из 1000 могли быть 300 человек с положительным результатом, а сейчас меньше 50. На мой взгляд, в популяции на данный момент увеличивается количество людей с антителами к COVID-19, что свидетельствует о формировании коллективного иммунитета. Те, кому суждено было заболеть, уже переболели и получили иммунитет.
Второй фактор: сейчас нет дефицита ни с тест-системами, ни с расходными материалами, ни с реагентами. Сохраняется только небольшой дефицит специалистов, которые могут исполнять ПЦР-тесты.

— Не факт, что волны эпидемии не будут повторяться. Если это произойдет, есть вероятность, что скорость реагирования будет выше?

— Безусловно, скорость реакции будет в 10 раз быстрее. Я вспоминаю, когда к нам привезли на анализ первые пробирки с тестами на ковид, это было 24 апреля, у врачей-специалистов был страх. Они шли в ковидные госпитали и лаборатории, попрощавшись с семьей, так как ожидали смертности как от лихорадки Эбола или от чумы. К счастью, эти ожидания не оправдались.

За 2020 год все участники рынка лабораторной диагностики стали быстрее работать, отрегулировали некоторые бизнес-процессы, закупили оборудование. К примеру, мы в два раза увеличили количество приборов, приобрели дополнительные ламинарные боксы, где можно работать с патогенами высокой степени опасности. С первых дней пандемии мы успели подстраховаться и наладили поставки сертифицированных средств защиты.

В нашей розничной сети несколько медицинских офисов в каждом городе мы специализировали под взятие анализов на ПЦР, ввели ночные смены, круглосуточную работу, привлекли и обучили дополнительных специалистов. В конечном итоге это увеличило доступность данных исследований.

— В итоге к концу 2020 года на рынок лабораторной диагностики вышли довольно много новых игроков. Можно ли говорить об ужесточении конкуренции?

— Все крупные федеральные лаборатории из Топ-5 сейчас выполняют исследования на ПЦР и антитела всевозможных видов к коронавирусу. Иногда мы еще видим очереди на сдачу ПЦР, но на данный момент предложение уже превышает спрос, началась ценовая конкуренция.

Цены на ПЦР-исследования в коммерческой медицине снизились в два раза, в сравнении с летом 2020 года. К примеру, у нас летом цена была 2400 рублей, а сейчас — 1580 рублей, и это не предел, мы планируем снижать ее дальше.

— Какова вероятность того, что государственные клиники, где очень сильно развилась инфраструктура лабораторной диагностики, после завершения эпидемии будут перетягивать на себя заказы, которые раньше размещались в частных лабораториях?

— Мы предполагаем, что так и будет. Да, в 2020 году мы всем миром — частные и государственные лаборатории при координации областного Минздрава — организовали работу рынка лабораторной диагностики в ситуации форс-мажора, но после стабилизации ситуации приоритеты бюджетных средств, как это всегда происходило, будут отданы государственному пулу медицинских организаций.
Конечно, нам выгодно работать, пока нам дают заказы по государственным квотам, но если потребность в этом отпадет, то мы материально и морально готовы к тому, что у нас не будет этих потоков. Более того, я уверен, что в перспективе некоторые государственные лаборатории выйдут на свободный конкурентный рынок: тендеров, котировок, коммерческих договоров.

Так что в будущем конкуренция ужесточится не только по ковидной диагностике, но и по другим видам лабораторных исследований, так как ПЦР-методики позволяют проводить исследования на большинство инфекций, а также проводить некоторые генетические тесты.

— Как вы оцениваете перспективы, динамику рынка лабораторной диагностики в 2021 году?

— Мы спокойно смотрим в будущее, так как предполагаем, что наш двадцатилетний опыт работы и развития на рынке предполагает свои коммерческие секреты успеха. Естественно, мы готовимся к таким переменам: трансформируемся, повышаем собственную эффективность, совершенствуем методики, снижаем себестоимость, в том числе за счет массовости и потока. Кроме того, в лабораторной диагностике, если ты хочешь быть внешней лабораторией как для B2C (пациентов), так и для B2B (клиник), очень важна сервисная составляющая: менеджеры, экономика, логистика, сервис, доставки результатов, финансовые взаиморасчеты.

— Инновационные компании в последнее время активно продвигают тест-системы для самостоятельной сдачи анализов. Может ли это сказаться на рынке лабораторной диагностики?

— Во время пика пандемии ковида был большой ввоз в страну импортных — китайских и европейских — экспресс-систем. Подобные системы пытались создать и местные производители. Все поставщики таких тестов заявляли повышенные цифры по выявляемости и специфичности, но, на мой взгляд, с классической и правильно исполненной методикой ПЦР пока не сравнится ни одна экспресс-система. Да, в каких-то случаях их можно использовать. Например, в отдаленных населенных пунктах, на вахте, где после получения предварительного положительного результата человек направляется на перепроверку в экспертный референсный центр с ПЦР-диагностикой.

Я думаю, что в перспективе определенные экспресс-чипы с набором анализов будут появляться. Сейчас уже существует множество тест-полосок для анализа наркотиков, алкоголя, мочи, достаточно совершенная система диагностики глюкозы в крови. Этот рынок будет развиваться. Например, мы сейчас продвигаем системы самовзятия по определенным видам анализов: ПЦР-тест на ковид, гинекологический тест на вирус папилломы человека, планируем сделать тесты на выявление некоторых паразитов.

У нас есть отдел инновационных разработок. Мы мониторим рынок лабораторной диагностики, смотрим, куда он движется, изучаем тренды, в том числе за рубежом. Две наших лаборатории в Москве и Новосибирске аккредитованы для проведения клинических испытаний изделий медицинского назначения. Мы можем давать экспертное заключение, которому верят авторитетные западные производители. Как только появится что-то интересное, мы обязательно будем стараться это привозить в Россию, помогать пройти испытания и получить разрешение на использование продукта или методики на территории нашей страны.

К сожалению, сегодня нельзя найти что-то продвинутое на именитой выставке за границей в Дюссельдорфе или Китае, привезти в Россию и сразу начать использовать. Около полугода занимает процедура получения регистрационного удостоверения — испытания в лабораториях и институтах, и только потом этими изделиями можно будет пользоваться в нашей стране.

— Какие ключевые тренды для рынка лабораторной диагностики, на ваш взгляд, будут актуальны в 2021 году?

— Прежде всего, это отложенный спрос на общие анализы на фоне снижения доли, количества и выручки от тестов на ковид. Уже сейчас мы видим полное восстановление и даже увеличение спроса на обычные тесты. Ситуация в ЛПУ стала спокойнее, начались плановые приемы, лечение и операции.

Думаю, что трендом 2021 года будут тесты, которые необходимо использовать для оценки наличия иммунитета к коронавирусу или контроля поствакцинального иммунитета. Часть наших подразделений в Москве уже участвует в процессе вакцинации в рамках государственных квот.

— Есть ли у вас планы по расширению сферы деятельности в условиях ужесточающейся конкуренции на рынке?

— Анализируя потребности пациентов в течение многих лет, мы поняли, что сегодня есть растущий спрос на услуги по функциональной диагностике. Постепенно мы планируем вводить этот сервис, а также консультации узких специалистов в своих центрах. Пилотные проекты мы начали с акушерства и гинекологии, сейчас планируем подключать терапевтов, потом кардиологов, невропатологов, гастроэнтерологов и т.д. Новые офисы мы уже открываем с учетом этих потребностей, а в действующих будем адаптировать имеющиеся площади под новые задачи. Хотим попробовать наши возможности в медицине. Более подробно об этом проекте пока говорить рано.