Публицист Дмитрий Овчинников — о демографической политике государства, ограничениях на препараты для прерывания беременности и запрете пропаганды идеологии чайлдфри.

Не перегнуть палку

— Одним из самых мощных инфоповодов последних дней стали высказывания министра здравоохранения Михаила Мурашко о том, что женщинам, мол, нужно не заниматься карьерой, а как можно раньше рожать детей. А если к этому добавить сообщения о грядущих ограничениях на реализацию препаратов для прерывания беременности и постоянно витающие в воздухе идеи принятия закона о запрете пропаганды идеологии чайлдфри, то возникает подозрение, что российское государство решило всерьёз заняться проблемой деторождения и улучшения демографической ситуации.

Что всё это означает и к чему может привести? Конечно, до «менструальной полиции» времён Николае Чаушеску в Румынии дело вряд ли дойдёт, но какие-то меры в направлении стимулирования женщин к рождению детей приниматься, видимо, будут. И это само по себе не есть плохо. Государство может и должно проводить свою демографическую политику. Напомню, что под демографической политикой государства подразумевается целенаправленная деятельность органов государственной власти по регулированию процессов воспроизводства населения, а проводится эта политика в соответствии с интересами государства (как оно их понимает, разумеется). Эти интересы могут предполагать, например, сокращение численности населения, как в Китае в своё время, либо, как в нашем случае — увеличение численности населения. Здесь весь вопрос в методах. Государство может принимать какие-то меры, направленные на достижение этих целей, но эти меры должны иметь сугубо рекомендательно-стимулирующий характер, но ни в коем случае не насильно-принудительный. Ну, по крайней мере, если мы говорим о цивилизованном правовом государстве, а не о режимах, подобных Чаушеску.

В России и впрямь сложилась довольно непростая демографическая ситуация, и речь даже не только о сокращении численности населения, но и о его старении, т.е. о ситуации, когда в половозрастной пирамиде значительную долю составляют представители старшего поколения — пенсионного и предпенсионного возраста. Как с этим бороться? Есть, в сущности, два пути: за счёт увеличения рождаемости и привлечения мигрантов из других стран. Но существенно повысить рождаемость сложно как раз вследствие неблагоприятной возрастной структуры населения. Грубо говоря, рожать попросту некому. Точнее, пока есть кому, но этих ресурсов явно недостаточно для обеспечения даже простого воспроизводства населения, не говоря уже о расширенном. И надо понимать, что сегодня рассчитывать на какой-то всплеск рождаемости сродни послевоенному периоду объективно не приходится. Да, могут быть какие-то положительные подвижки, подобные тем, которые наблюдались в России в нулевые годы с введением материнского капитала и общим улучшением уровня благосостояния населения, но это явление имеет ограниченный по масштабу и времени действия эффект. В демографической науке есть такое понятие, как сдвиг «календаря рождений». Это когда женщина рожает столько детей, сколько изначально и планировала, просто делает это чуть раньше. Т.е. если, например, она изначально хотела двоих, то и родит двоих, просто сделает это чуть раньше, чем предполагала. В результате в какой-то момент по статистике мы получаем значительный рост рождаемости, зато потом следует резкий спад. Это просто такие своеобразные колебания, флуктуации, не влияющие на общую численность населения.

В сфере деторождения государству следует вести себя максимально аккуратно, ни в коем случае не оказывая никакого морального и иного давления на семью. Должен превалировать принцип доверия к семье: хочет она одного ребёнка — прекрасно; хочет пятерых — пусть рожает пятерых. В любом случае уважаться должны все возможные варианты, а всякая дискриминация по признаку наличия/отсутствия детей или их количества ничего хорошего не принесёт. И, кстати, если говорить о количестве, то это как раз в данном случае не главное, т.к. уровень рождаемости определяется отнюдь не многодетностью. Всегда были и будут те, у кого по пять или десять детей, но они погоды не делают. Гораздо важнее в смысле увеличения показателей рождаемости (если уж ставится такая цель), чтобы в каждой семье рождался минимум один ребёнок, а лучше два-три. Но, опять же, государство может стимулировать семьи к этому, но никак не принуждать. Это тупиковый путь.

Реплика Мурашко вызвала весьма бурную полемику на просторах Интернета. Аудитория разделилась примерно поровну: одни считают, что министр абсолютно прав, надо больше рожать, иначе мы все вымрем и т.п., а вторые приводят в ответ массу довольно убедительных доводов, в основном социально-экономического плана. Ведь действительно, если послушать Мурашко, то он предлагает женщинам рожать чуть ли не сразу после окончания школы, когда они ещё ни материально, ни морально, ни ментально в массе своей к этому не готовы. Но я не буду здесь подробно останавливаться на аргументах той и другой стороны — они уже много раз озвучены и, в целом, по-своему звучат довольно убедительно. Главное, чтобы адепты той и другой концепции не забывали слышать аргументы друг друга и адекватно их воспринимать.

Чайлдфри — личное дело

Ещё пару слов хотелось бы сказать о концепции чайлдфри, которая вызывает резко негативные эмоции у консервативно-ортодоксальных слоёв общества. Большему остракизму с их стороны подвергаются разве что представители ЛГБТ-сообщества. Но вместе с тем, когда говорят о зловредном влиянии пропаганды идей чайлдфри на неокрепшую подростковую психику, на этом основании призывая запретить продвижение данных идей, то это вызывает некоторые вопросы.

Во-первых, я в принципе против держимордовского подхода «держать и не пущать». Необходимо соблюдать принцип свободы слова и сохранять возможность ведения свободной дискуссии по самым разным темам и поводам, а не диктовать, что можно, а что нельзя.

Во-вторых, в российском законодательстве за женщиной не закреплена обязанность по рождению детей, следовательно, и движение чайлдфри не может расцениваться как что-то незаконное.

В-третьих, вообще глубоко сомнительно, что внешней пропагандой можно изменить внутренние психологические установки человека. Равно как, на мой взгляд, геями люди становятся не под воздействием какой-то пропаганды, а потому, что это заложено в их природе. То же самое с чайлдфри. С этой точки зрения это в чистом виде casus naturalis, а не нечто инородное, привнесённое извне. Другой вопрос, что относиться к этому можно по-разному, при этом толерантно относясь к естественному выбору того или иного человека.

Вообще говоря, чайлдфри — это осознанный отказ от рождения детей при наличии соответствующей физиологической возможности. Во всём мире есть определённое количество людей, которые не имеют детей, потому что это их сознательный выбор, потому что они этого не хотят. Причём, как правило, это достаточно успешные люди, которые при желании вполне могли бы обеспечить своих детей. Но как раз такого желания по разным причинам у них нет.

У чайлдфри, как у любой подобной концепции, есть свои поклонники и ярые оппоненты. И у каждой стороны есть свои, как им кажется, убедительные аргументы.

Люди, которые придерживаются позиции чайлдфри, в основном аргументируют это личными мотивами — просто им не нужны дети, и у них нет желания их иметь. Ведь это большая ответственность, куча проблем, которые неизбежно сопутствуют воспитанию детей. Короче, без детей банально легче жить. Ведь они не мешают тебе жить так, как ты хочешь.

Другая сторона, в свою очередь, обычно говорит о том, что рождение детей — общественный долг, предназначение каждой женщины. А если она этого не делает, то с ней что-то не так. Аргументация спорная, но её достаточно часто используют в дискуссиях на эту тему.

Я лично считаю, что иметь или не иметь детей — личное дело каждого человека. И принуждать к этому никого не нужно. Сколько мы видим примеров несчастных, нежелательных детей, рождённых по глупости, случайно, которых потом называют ошибками молодости. Рождение детей — это своего рода призвание, и это нельзя делать только потому, что, мол, это общепринято, так делают все и прочее. Хорошими родителями становятся те люди, которые очень хотят воспитывать детей, действительно очень этого желают и стремятся к этому. А если такого желания и осознанного стремления нет, то зачем себя насиловать, делать то, что нужно не тебе, а другим людям. Пусть даже близким.

Россия, как и большая часть постсоветского пространства, до сих пор остаётся страной с достаточно патриархальным обществом, в котором господствуют традиционные концепты и установки. К тому же, с самых высоких трибун звучат призывы к женщинам рожать больше, периодически витают идеи о введении специального налога на бездетность. Как следствие, «чайлдфри» часто встречаются с осуждением, неприятием своей позиции, давлением со стороны окружающих. К сожалению, мы в принципе не очень умеем нормально воспринимать людей, в чём-то отличающихся от нас. И вот этому, как мне кажется, нам не помешало бы поучиться.

Мнение эксперта может не совпадать с мнением редакции