— Андрей Эдуардович, новый городской автовокзал в полную силу заработал в начале 2020 года, а тут — пандемия, закрытие сообщений. Как это отразилось на работе предприятия, на основных планах, что удалось, а что не удалось реализовать в таких экстремальных условиях?

— Главное — это то, что удалось открыться, автовокзал начал работать. Однако те планы, которые изначально мы перед собой ставили, в полной мере реализовать, конечно, не получилось по объективным причинам, связанным с пандемией. Во-первых, еще в марте у нас встали все международные маршруты, когда закрылся Казахстан, через который идут все остальные международные маршруты: Таджикистан, Узбекистан, Киргизия. С марта перевозок между ними не было. Мы планировали запустить в эти страны СНГ новые рейсы, увеличить международный трафик, но не сложилось. Из-за пандемии также упали и межобластные перевозки. В некоторые регионы они вообще на время останавливались: Томск, Кемерово. В результате довольно долгое время перевозки осуществлялись только внутри области.

С лета ситуация начала меняться. Открылись соседние регионы. Работа пошла. Но все равно, по сравнению с 2019 годом, пассажиропоток сильно упал. В худшие месяцы падение доходило до 70%. По итогам года эта динамика несколько выровнялась — до 40% к 2019 году, но результат все-равно сильно отрицательный. Конечно, это разрушило наши планы. Кроме того, в связи с коронавирусом в 2020 году не началось строительство трамвайной линии, а ее запуск также должен был сказаться на пассажиропотоке автовокзала. Пока ее строительство запланировано на следующий год. Надеюсь, что все получится.

В настоящее время все рейсы, кроме международных, работают. Единственное, что их количество уменьшилось. В день у нас выходит около 130 рейсов. Но хотел бы сделать одну поправку: не все они выходят именно с ГБШ, некоторые идут от железнодорожного вокзала. Это связано с определенной экономией рабочего времени водителей. Мы пошли навстречу партнерам, так как понимаем, что в кризис всем тяжело, но в перспективе все равно все рейсы будем заводить на ГБШ.

1-1

2-1

— В соцсетях некоторые общественники выступали с критикой по поводу того, что до нового автовокзала неудобно добираться: все-таки ГБШ — не Красный проспект…

— Отчасти могу согласиться с критикой, что добираться неудобно. Но для удобства горожан, даже несмотря на тяжелый с экономической точки зрения год, мы продолжаем создавать по Новосибирску сеть кассово-диспетчерских пунктов. К примеру, новый пункт мы недавно открыли на Речном вокзале. Такие же точки есть на вокзале «Новосибирск–Главный», на пересечении улиц Станиславского и Немировича-Данченко. Взависимости от направления люди могут садиться в автобусы на этих площадках внутри города, когда транспорт идет по маршруту. Необязательно ехать именно на ГБШ. Хотя содержание кассово-диспетчерского пункта нам обходится в серьезные суммы, при этом не все из них пока рентабельны. Но мы идем на эти траты, чтобы не терять пассажиров, чтобы самим пассажирам было удобно пользоваться услугами автобусных перевозок.

Что касается автовокзала на Гусинобродском шоссе, то для обеспечения его доступности и запланировано строительство трамвайной линии. В бюджете города на 2021 год на эти цели заложены 50 млн рублей. В этом отношении муниципалитет стал выполнять свои обязательства перед нами. Напомним, наша компания строила вокзал в рамках муниципально-частного партнерства, а транспортная доступность объекта — это зона ответственности муниципалитета. Когда линия будет готова, человек сможет сесть на трамвай и спокойно доехать к автовокзалу из центра города.

Хочу сказать, что городской автовокзал не должен обязательно быть в центральной части города. Это у нас так исторически сложилось, что железнодорожный вокзал находится в центре. Но до него к примеру, от Северо-Чемского жилмассива, от Родников ехать столько же, сколько из центра до ГБШ. Главное здесь — транспортная доступность. Сегодня в центре Новосибирска просто физически нет места для строительства автовокзала городского уровня, соответствующего всем необходимым требованиям. Напомню, федеральное законодательство требует, чтобы автовокзал включал в себя не только здание, но еще и землю под закрытую зону посадки-высадки пассажиров, отстой автобусов и т.д. В центре Новосибирска такой свободной земли нет физически. Поэтому можно сколько угодно использовать сослагательное наклонение, говоря, «как хорошо было бы, если бы автовокзал по-прежнему находился в центре». Не спорю, хорошо, но места для этого нет. Точка.

Наконец, самое главное. Место под новый городской автовокзал выбрано совсем неслучайно. У нас есть Северный обход, строится Восточный обход, который, к сожалению, забуксовал, хотя по первоначальным планам должен был заработать еще в 2019 году. Должна была быть перемычка между Северным и Восточным обходами. Кроме того, запланирован Южный обход, соединяющийся с Восточным. Если поедем от Московского тракта, можем через перемычку с Восточным обходом заезжать на ГБШ. Если со стороны Барнаула, Алтая, то тоже по Восточному обходу заезжаем на ГБШ. Можно заехать и с Южного. Для Южного обхода, когда он начнет работать, можно будет на левом берегу поставить еще одну автостанцию. То есть, когда введут все эти обходы, ГБШ станет местом, к которому можно будет всегда достаточно просто подъехать, не попадая в городские пробки.

Кроме того, недалеко от автовокзала должна появиться конечная станция Дзержинской ветки метро. Да, мы понимаем, что это отдаленные перспективы. Но они есть. А на ближайшие 10 лет вопрос с доступностью решит новая трамвайная линия. Трамвай №13 проходит практически через все правобережье.

Напомню, именно по совокупности всех этих факторов областное правительство и мэрия Новосибирска выбрали ГБШ как место строительства городского автовокзала. Мы в данной ситуации исполнители проекта в рамках муниципально-частного партнерства.

— А что со старым автовокзалом? Он прекратил существование окончательно и бесповоротно, без шансов на новую жизнь?

— Мы хотели оставить автовокзал в центре Новосибирска как промежуточную станцию. Но для этого нужно было выполнять очень много дополнительных требований. Оценив свои возможности на фоне пандемии, мы поняли, что «Боливар не выдержит двоих», поэтому старый автовокзал было решено закрыть. Что касается здания, в котором он был расположен, то его судьба непростая из-за бесхозяйственности прошлых руководителей. Я разбирался в этом вопросе. Думал, что каким-то образом его все-таки удастся достроить. Но, когда я погрузился в тему, то понял, что это бесполезно. Здание состоит из трех частей. Одна, где был старый автовокзал, — введенный в эксплуатацию объект недвижимости, находящийся в аренде. Его собственниками являются два юридических лица к которым мэрия Новосибирска не имеет никакого отношения. Есть еще две части, в которых есть площади мэрии и еще около семидесяти инвесторов — юридических и физических лиц. Эти два здания недостроены, не введены в эксплуатацию. Вообще, по-хорошему, надо «разводиться» с инвесторами, сносить здание, продавать площадку. Но на законных основаниях это сделать крайне сложно, поэтому ни у кого сегодня нет и понимания будущего этого объекта. Нужно, чтобы два собственника-юрлица вместе с мэрией (возможно, и мы, поскольку сидим там в долгосрочной аренде) договаривались. Я знаю одно: заместитель мэра Олег Клемешов поднимал этот вопрос. В муниципалитете постоянно ведут работу и пытаются найти какие-то решения. Здание не может вечно стоять в таком состоянии, так как оно толком даже не законсервировано, поэтому постепенно разрушается, представляя угрозу для горожан. Мало того, находясь на Красном проспекте, на въезде в Новосибирск, оно фактически позорит город.

— При реализации ваших проектов вы обращались за господдержкой? Для вашей отрасли это было особенно актуально из-за сложившейся экономической ситуацией и пандемиеи…

— За последние двадцать лет у нас было много самых разных кризисов. Но первый раз я столкнулся с реальной господдержкой бизнеса. Я знаю много людей, кто ей воспользовался. В чем она выразилась для нашего предприятия? Во-первых, мы сначала получили средства на выплату заработной платы сотрудникам. Во-вторых, получили кредит под 2%, который использовали на оплату охраны, на расчеты с контрагентами. Так как у нас упала доходная часть, мы смогли за счет заемных средств поддержать расходную часть. В-третьих, у нас был кассовый разрыв и не хватало денег на погашение займа, взятого на строительство автовокзала в «Сбербанке», — нам отложили выплату этого кредита. Были отложены выплаты по налогам. Особенно в тот момент, когда пассажиропоток упал на 70%, для нас вся эта поддержка была необходима как воздух.

В итоге могу сказать с полной уверенностью: все полученные нами меры господдержки были очень своевременны и актуальны, они помогли нам сохранить бизнес и поддержать партнеров.

2-2

3-1

— Если все нормализуется, откроют границы и полностью восстановится межрегиональное сообщение, в каком направлении собираетесь продолжать развиваться?

— Из международных направлений нам интересен Узбекистан, куда мы планировали выйти в 2020 году. Уже подписали все бумаги, оформили все документы. Первый рейс должен был отправиться, условно говоря, через неделю, но весной перекрыли границы. То есть Узбекистан — это, наверное, самое насущное. Как только трансграничное сообщение возобновится, думаю, в этом направлении наши партнеры-перевозчики поедут сразу.

Из междугородних сообщений начинали работать с Красноярском, но пока неизвестно, как эта тема пойдет дальше.

— Что касается действующих рейсов, то что поменялось для пассажиров, особенно в плане цены билета?

— На стоимости билетов для пассажиров ситуация с пандемией не сказалась совершенно. Наоборот, мы стараемся держать цену, чтобы стимулировать людей использовать этот вид транспорта. В целом же в 2020 году пассажиропоток внутри региона серьезно упал. Люди стали меньше ездить. Очень ощутимой стала конкуренция со стороны нелегальных перевозчиков, «бла-бла-каров», которые ездят через агрегаторы. К ним не предъявляются столь жесткие требования, как к автовокзалам и официальным перевозчикам, поэтому нелегалы могу демпинговать, нарушать требования законодательства и т.д. Все это приводит к недобросовестной конкуренции, с которой мы стараемся бороться всеми доступными силами.

— Какие приоритетные задачи ставите на 2021 год?

— Приоритетной задачей предстоящего года мы видим увеличение пассажиропотока.

— Каким образом?

— Пока, честно говоря, сложно сказать. Мы пытаемся внедрять новые возможности для более удобной покупки билета и посадки. Есть планы по расширению сети кассово-диспетчерских пунктов, где будем производить высадку и посадку пассажиров. Будем разрабатывать мобильное приложение, чтобы человек мог купить билет не просто через сайт, но и с помощью телефона. Это вещи довольно финансовоемкие.

— Как строятся отношения с мэрией Новосибирска?

— У нас есть взаимопонимание и с Минтрансом области, и с мэрией Новосибирска. В рамках муниципально-частного партнерства по нашему проекту у нас в полном смысле «зеленая улица».

Фотографии предоставлены из личного архива Гудовского А.Э.