Коллектив Новосибирского академического молодежного театра «Глобус» глубоко скорбит и выражает соболезнования родным и близким Лаврентия Анатольевича. О дате и месте прощания будет сообщено дополнительно.

Профессиональный путь Лаврентия Анатольевича – замечательный пример истинного служения высокому искусству. На протяжении долгих лет с именем Лаврентия Сорокина напрямую ассоциировали театральную культуру Новосибирска. Неповторимая индивидуальность, он никогда не вписывался в жесткие рамки актерского амплуа. Сорокин всегда был актером разнопланового дарования: блистал в комедиях и трагедиях, драме и мюзикле. Любимая роль, по его собственным словам, – Коляй Коляич в «Татарине маленьком» по пьесе Пояркова. Его любимое сценическое самочувствие случалось в ролях, которые можно объединить в категорию «умный шут».

Невероятно образованный и начитанный человек, Лаврентий Анатольевич сам прекрасно владел словом и писал сказки. Преподавал в театральном институте, и студенты его обожали. Как режиссер ставил спектакли, и это были сложные, многоуровневые, честные работы. Импровизаторский талант артиста проявлялся в театральных капустниках, юбилейных и творческих вечерах, городских праздниках.

Таким его знали и любили зрители. А мы, коллеги, навсегда запомним Лаврентия Анатольевича, нашего Лавра, ироничным и острым на язык; элегантным и тонко чувствующим моду; внешне легким, озорным, подвижным хулиганом, но при этом бесконечно глубоким, ранимым, мудрым и добрым человеком. До последних дней он был полон творческих планов… Это неправда, что незаменимых людей не бывает. Место Лаврентия Сорокина в труппе «Глобуса» навсегда останется вакантным.

Лаврентий Анатольевич Сорокин родился 3 ноября 1960 года. В 1986 году окончил Новосибирское театральное училище. Служил в Оренбургском областном драматическом  театре имени М. Горького и Норильском Заполярном театре драмы имени В. Маяковского. За время работы в норильском театре трижды становился лауреатом Межрегионального театрального фестиваля «Сибирский транзит»: за роль Трубецкого в спектакле «Школа с театральным уклоном» по Д. Липскерову, за роль Коляй Коляича в спектакле «Татарин маленький» по пьесе А. Пояркова и за роль Сирано де Бержерака в одноименном спектакле по пьесе Э. Ростана. Актер также был лауреатом фестиваля «Театральная весна».

Летом 2006 года был приглашен в труппу Новосибирского государственного академического театра «Красный факел». Его первая работа – Германн в спектакле «Пиковая дама» по А. Пушкину – стала лучшей мужской ролью на Всероссийском фестивале «Волжские театральные сезоны» в 2007 году. Среди созданных образов: Герцог Бекингем («Ричард III» У. Шекспира), Дени Дидро («Распутник» Э.-Э. Шмитта), Хардинг («А этот выпал из гнезда» Д. Вассермана), Курт Шварц («Как солдат Иван Чонкин самолет сторожил» Ю. Кима), Черный («Смертельный номер» О. Антонова), Трубецкой («Школа с театральным уклоном» Д. Липскерова), Дорант («Мещанин во дворянстве» Ж.-Б. Мольера).

В 2010 году Лаврентий Анатольевич пришел в Новосибирский академический молодежный театр «Глобус» и мгновенно стал одним из самых востребованных артистов. Именно его работы во многом определяли творческий облик театра. Особенно ярко раскрывалось его дарование в классике.

Признание профессионального сообщества получил созданный актером образ Позднышева в драме «Крейцерова соната» Л. Толстого. Сорокин играл вызывающего крайнюю брезгливость персонажа: убийцу собственной жены, который мучается в неистовых терзаниях и не способен на диалог с кем-либо. Невротик, без тени здравого смысла, с большим самомнением и еще большей мнительностью, то вызывал у зала нарастающий ужас, то провоцировал смех. Эта филигранная работа, насыщенная тончайшими психологическими нюансами, была отмечена жюри Межрегионального фестиваля-конкурса «Ново-Сибирский транзит» в номинации «Лучшая мужская роль» и Национальной театральной премии «Золотая Маска» в номинации «Специальная премия жюри за главную мужскую роль».

В роли нищего комедианта Несчастливцева в спектакле по пьесе А. Островского «Лес» читались и ум, и совесть, и честь. Образ во многом задавал трагикомический обертон постановке. Он как хрупкая скорлупа, под которой скопились вся тяжесть и тщета бездарной жизни. На сцене царил талантливейший лицедей, Актер в абсолюте, виртуозно жонглирующий масками на глазах у благодарной публики.

Городничий в «Ревизоре» Н. Гоголя являлся олицетворением беспросветной, недалекой и безысходной провинции. Тонкое хитросплетение черт характера персонажа создавалось насыщенными, порой гротесковыми, красками: клоунада, шарж, лубок. Но вместе с тем в нем читались природная наивность и желание обманываться.

Запоминающейся стала работа Сорокина в комедии «Скупой» Ж.-Б. Мольера. Образ Гарпагона – дотошного, брюзжащего старого отца – был воплощен артистом через ломаную пластику, точно выстроенную звуковую партитуру и мгновенную остроту реакций. Оригинальной находкой в подаче персонажа являлось то, что Лаврентий Сорокин играл, по сути, доброго, умного, но очень уставшего человека, которому не хватает любви своих детей.

Удивительно сильной по смысловой плотности стала роль Михайло Глова в спектакле «Игроки» Н. Гоголя. Настоящий организатор хитроумного надувательства шулера Ихарева являлся ему строгим и достойным человеком. На протяжении действа Глову удавалось оставаться в тени разыгрываемого фарса. И только в финале становилось  ясно: какого именно короля играла свита.

Подлинно отрицательным обаянием была наполнена роль Тальберга в спектакле «Дни Турбиных» М. Булгакова. Актер демонстрировал зрителю характер беспринципного и лицемерного труса, водевильно разыгравшего возмущение обманутого мужа.

Напротив, мудрый, исполненный человеческого достоинства мечтатель Эгль в мюзикле «Алые паруса» М. Дунаевского вселял веру в чудо, добро, красоту. Эта вера распространялась не только на героиню спектакля Ассоль, но и на каждого зрителя, сидящего в зале.

Тонко чувствуя предлагаемый материал, артист выявлял в каждой новой роли неповторимые грани. Он прекрасно работал с современной драматургией и прозой.

Первую номинацию на Премию «Золотая Маска» – «Драма / роль второго плана» – артисту принес Стив Хайдебрехт в драме «Август: графство Осейдж» Т. Леттса. Лаврентий Сорокин играл немолодого, потрепанного жизнью мачо, безнадежно блефующего пижонским прошлым перед двумя женщинами из одного семейства. Актер искусно воплощал на сцене измельчение мужской природы, гендерную деградацию. Эта роль отмечена дипломом лауреата XXV Фестиваля-премии «Парадиз» Новосибирского отделения Союза театральных деятелей России в номинации «Лучшая роль второго плана в драме».

Неким смысловым центром спектакля «ПослеЗавтра», созданного по произведениям Р. Брэдбери, был Брандмейстер Битти из новеллы «Библиотека». Лаврентий Сорокин становился проводником сбывающихся пророчеств великого фантаста. Его герой произносил жесткий, беспощадный монолог, обличая все известные человеческие пороки. Актер менял ритм, интонации, смысловые оттенки, обращаясь  лично к каждому сидящему в зале, метко попадая в самые болевые точки.

В рисунке максимальной концентрации человеческой подлости разрабатывал  Сорокин образ Черткова в драме «Русский роман» М. Ивашкявичюса. Герой становился главным кошмаром для супруги писателя Льва Толстого. В нем она видела причину своих бед, он являлся ее адом, демоном, проклятием. Мистицизм и мрачность, окутывающие фигуру Черткова, обеспечивали спектаклю сильное эмоциональное воздействие на зрителя.

Последняя работа Лаврентия Сорокина на сцене «Глобуса» – Дремучий дед в спектакле «Одна абсолютно счастливая деревня» Б. Вахтина. Олицетворение житейской мудрости и мистического пророчества, предвестник счастья и беды, ключевой персонаж в сложной поэтической системе произведения. Выпуская эту работу, Лаврентий Анатольевич уже серьезно болел. Но репетировал страстно, отдавая всего себя новой роли.

Профессиональная неуспокоенность артиста проявлялась во всем. Успешно реализуя себя в актерской профессии, Лаврентий Сорокин хотел развиваться в ином направлении: получил режиссерское образование в Новосибирском государственном театральном институте. Он дважды выступил как автор инсценировки и режиссер спектаклей в родном театре. Выпустил два названия: «Макулатура» Ч. Буковски и «Трое в лодке, не считая собаки» Дж. К. Джерома.

И если «Макулатура» являет собой нуар с фиксацией малоприятных сторон человеческой жизни, перерастающий в экзистенциальное откровение об абсурдности мира, то «Трое в лодке, не считая собаки» – забавная, искрометная история, где изыски английского юмора ловко трансформируются в ироничный нарратив, понятный русскому зрителю. Эти полярные работы – яркие, живые, непосредственные – стали одними из ярчайших в репертуаре малой сцены «Глобуса».

Лаврентий Сорокин был доцентом кафедры «актер драматического театра» Новосибирского театрального института. В этой деятельности всецело проявлялись его талант, терпение, бесспорные педагогические способности. И безусловно, каждый молодой артист нашего театра может назвать Лаврентия Анатольевича своим учителем.

Прощайте, Мастер… Вечная память.